120 лет со дня рождения А.Я. Лещенко, командира 35-й береговой батареи 1-го отдельного артдивизиона Береговой обороны Главной базы Черноморского флота.

17 марта 2026, Вторник 12:03 Просмотров: 90

Алексей Яковлевич Лещенко родился 17 марта 1906 г. в с. Васильевка Александровского уезда Екатеринославской губернии (совр. Запорожской обл.) в семье рабочих. После окончания школы работал паровозным мастером в депо. В ВМФ с 1928 г. В 1928-1929 гг. А.Я. Лещенко – ученик класса артиллерийских систем школы Учебного отряда Морских сил Черного моря. По окончании школы он проходил службу артиллерийским старшиной на 20 (18)-й и 35-й береговых батареях Крымского укрепрайона. В 1931 г. назначен старшиной башни, в 1935 г. — исполняющим должность помощника командира 35-й батареи, затем исполняющим должность начальника боепитания 1-го отдельного артдивизиона Береговой обороны Главной базы Черноморского флота (далее – ОАД БО ГБ ЧФ). В 1939 г., по окончании Специальных курсов командного состава ВМФ в Москве, Алексей Яковлевич был назначен командиром 18-й батареи 3-го ОАД БО ГБ ЧФ. С ноября 1940 г. по июль 1942 г. – старший лейтенант, командир 35-й батареи 1-го ОАД БО ГБ ЧФ. Участник обороны Севастополя.

35-я башенная береговая батарея – одно из наиболее мощных фортификационных сооружений БО ГБ ЧФ. Ее строительство началось в 1913 г. по проекту военного инженера генерала Н.А. Буйницкого. Достроена в 1924-1927 гг. по проекту военных инженеров В.В. Выставкина и Б.К. Соколова. На вооружении две 305-мм двухорудийные башенные установки «МБ-2-12», спроектированные и изготовленные Ленинградским Металлическим заводом. Вес снаряда — 471 кг, дальность стрельбы — до 42 км. По своему устройству батарея состояла из двух орудийных блоков (железобетонных массивов, в которых были установлены орудийные башни), соединенных подземными потернами с командными пунктами.

Первая боевая стрельба 35-й батареей в обороне Севастополя 1941-1942 гг. была проведена 7 ноября 1941 г. по частям германской 132-й пехотной дивизии в р-не хут. Мекензия. Сильный износ орудий и интенсивность боевых действий (за два месяца было произведено более 300 выстрелов на орудие при норме в 200) заставили уже 1 декабря 1941 г. начать работы по замене орудийных стволов 1-й башни, которые велись силами специалистов Артиллерийского ремонтного завода №1127, поэтому в течение декабря стрельбы велись только 2-й башней. 17 декабря 1941 г. во время интенсивной стрельбы по начавшему штурм Севастополя противнику во 2-й башне вследствие технической неисправности произошел сильный взрыв, полностью выведший ее из строя. Погиб почти весь орудийный расчет башни. Выход из строя артиллерии батареи и критическая ситуация на сухопутном фронте вынудили передать большую часть личного состава в подразделения морской пехоты СОР (большая часть их погибла в боях на Мекензиевых горах, а оставшиеся в живых в январе 1942 г. были возвращены на батарею). Работы по восстановлению 2-й башни (в них участвовали рабочие Севастопольского Морского завода им. С. Орджоникидзе) и замене орудийных стволов продолжались около 2,5 месяцев. В период июньских боев 1942 г. 35-я батарея ежедневно вела огонь по атакующим войскам противника, а после гибели в окружении 30-й батареи стала последним резервом тяжелой артиллерии Севастопольского оборонительного района (СОР). В свою очередь, противник подвергал ее мощным авиационным ударам. Во время одного из них, 23 июня 1942 г., близкими взрывами авиабомб была выведена из строя 1-я башня.

В последние дни обороны на 35-й батарее были развернуты командные пункты СОР и Приморской армии. 30 июня 1942 г. в кают-компании батареи состоялось последнее объединенное заседание Военных советов СОР и Приморской армии. По его окончании Ф.С. Октябрьский озвучил разрешение Ставки на эвакуацию и приказал капитану А.Я. Лещенко обеспечить прикрытие эвакуации и по израсходовании боеприпасов подорвать орудия и механизмы. В течение дня 1 июля 1942 г. 2-я башня провела несколько стрельб по моторизованным частям немецкой 72-й пехотной дивизии в р-не мыса Фиолент. Последняя стрельба батареи была проведена шрапнелью по району Камышовой бухты. В своем дневнике А.Я. Лещенко записал: «Пробравшись в башню, приказал установить дистанционную трубку на картечь и зарядить орудие. Для того, чтобы видеть, куда стрелять, я стал за штурвал горизонтального наведения башни, наведя башню в гущу фашистов, дал выстрел. После разрыва снаряда поле, где находились фашисты, казалось чистым. Так мы начали стрелять на картечь из 12-ти дюймового орудия. Разрывы наших снарядов буквально сметали гитлеровцев. Но вдруг перед моими глазами сверкнуло пламя и сильный грохот, я потерял сознание. Как оказалось, я был контужен попаданием немецкого снаряда в броню башни. Из горла и нос шла кровь, как сказал наш врач Казанский, которую с трудом остановили. Придя в себя, я чувствовал себя очень плохо, слышал с трудом, передвигаться самостоятельно почти не мог... Придя окончательно в себя, я потребовал доложить обстановку. Оперативный дежурный младший лейтенант Афанасенко доложил, что атака гитлеровцев отбита и они отошли за складки местности в километре от батареи… Наступила ночь, но артобстрел и налеты авиации продолжались. Личный состав находился в окопах и был готов огнем и штыком встретить врага, умереть, но не отступать, да и отступать было дальше некуда, только в море. … Настал момент взрывать батарею. К подрыву подготовились заблаговременно. В подрывную группу входили: начальник боепитания А.Я. Побыванец, старшина батареи Б.К. Мельник, старшина электриков М. Власов, матрос И. Тютюнов и другие. Всего 12 человек... В 00 ч. 37 мин. 2 июля 1942 г., исполняя приказ командования, отданный перед уходом, я приказал взорвать 1-ю башню. Через 15 мин. взорвали 2-ю башню. Дизеля с перекрытой водой и спущенным маслом пустили в разнос, и через несколько минут они вышли из строя, заклинившись. Приборы центрального поста разбили кувалдой. … Около двух часов ночи мы вышли через потерну левого КП к урезу воды, к морю… Мне помогали матросы. Передвигаться сам я не мог».

Ст. сержант А.Я. Побыванец, сослуживец А.Я. Лещенко, попавший после окончания обороны в плен, но оставшийся в живых, вспоминал (записано со слов В.А. Лещенко): «Ни катера, ни подлодки подойти к берегу уже не могли. И вот подошел морской охотник. Я,  Мельник и еще один, фамилию не помню, раскачали командира и «забросили» в катер».

В наградном листе к ордену Отечественной войны 1 ст. говорится: «В третьем штурме проявил еще больше мужества и геройства, испытывая массированные налеты авиации противника и находясь под огневым воздействием, смело управляя огнем батареи, уничтожил много живой силы и техники противника. Тов. Лещенко оставался на батарее до последнего снаряда, отражая натиск противника на последний рубеж обороны защитников Севастополя, и оставил батарею лишь после полученной контузии  и приказа командования».

С августа 1942 г. Алексей Яковлевич командовал плавучей батареей Туапсинской ВМБ ЧФ. В 1943-1944 гг. – командир 117-го отдельного артдивизиона Береговой обороны Новороссийской, затем Севастопольской ВМБ. В 1945 г. – старший офицер по боевой подготовке штаба БО ЧФ. В 1946 г. командир роты, затем дивизиона Краснознаменного училища БО ВМС. С 1947 по 1953 г. А.Я. Лещенко занимал различные должности на ЧФ,  в Камчатской военной флотилии, на Балтийском флоте. С 1953 г. – в запасе. Умер 9 августа 1970 г., похоронен в г. Киеве.

Награды: орден Ленина (1954 г.), два ордена Красного Знамени (1942 г., 1949 г.), орден Отечественной войны 1 ст. (1944 г.), орден Красной Звезды (1944 г.), медали.

В фондовой коллекции ФГБУК «Музей-заповедник героической обороны и освобождения Севастополя» хранится личный архив А.Я. Лещенко, переданный его сыном Валерием Алексеевичем и другими родственниками. Это многочисленные фотографии и документы, рассказывающие о разных периодах жизни командира 35-й береговой батареи, его награды.

Автор – ст. научный сотрудник И.Г. Беликова